Франция — Париж, двор и капитулы; Реймс (Машо был каноником Реймсского собора) около 1310–1377 годов латинские и французские тексты, часто разные в разных голосах одного мотета Название эпохе дал трактат «Ars nova», связываемый с Филиппом де Витри (1291–1361), поэтом, дипломатом и позднее епископом Мо. Новое искусство — новая нотация: длительности делятся на два или на три (tempus и prolatio), появляется минима, ритм становится гибким и сложным. Ранние мотеты в новой манере вошли в интерполированную рукопись «Романа о Фовеле» (около 1317–1318). Папа Иоанн XXII в декреталии «Docta sanctorum patrum» (1324–1325) осудил новшества — дробные ноты, гокеты, мирские тексты в церковном пении. Главный мастер века — Гильом де Машо (около 1300–1377), автор мотетов, баллад, рондо, виреле и «Мессы Богоматери», одного из первых многоголосных ординариев, написанных целиком одним автором. Слово «изоритмия» придумал музыковед Фридрих Людвиг в начале XX века; сам принцип в мотете — повторяемый ритм тенора (талея), наложенный на повторяемый ряд высот (колор).
Музыка — звучащее число. Под поверхностью красоты лежит скрытая конструкция, которую слух ощущает как порядок, даже не распознав её: ритм тенора повторяется, высоты повторяются, но с разной длиной циклов, и лишь в конце они сходятся. Мир многослоен: в одном мотете одновременно звучат латинская молитва, французская любовная жалоба и хоральный тенор, и смысл возникает из их сопоставления.
Слушатель — учёный клирик, придворный, знаток. Он ценит хитрость: замечает, как возвращается ритм тенора, слышит гокет, узнаёт хорал, спрятанный внизу. От него требуется двойное слушание — сразу чувственное (быстрые переплетающиеся верхние голоса) и интеллектуальное (конструкция).
Время размечено циклами: талея — ритм из нескольких длительностей с паузой — повторяется, колор — ряд высот — повторяется со своим периодом. Ближе к концу талея может звучать в уменьшении, вдвое быстрее, и тогда конструкция ускоряется. Каденции на совершенных созвучиях отмечают границы разделов.
тенор из талеи и колора разной длины; быстрые верхние голоса; гокет; каденция с двумя вводными тонами
Талея повторяется точно; колор накладывается на неё с другим периодом, поэтому одни и те же ритмы получают новые высоты. Контратенор иногда тоже изоритмичен. Верхние голоса идут мелкими длительностями, сходятся с тенором в консонансах на его новых звуках; в гокете два голоса перебрасывают звуки, заполняя паузы друг друга. Раздел кончается каденцией: тенор спускается на тон к финалису, два верхних голоса поднимаются на полутон к квинте и октаве.
Голоса — солисты, часто с разными текстами; инструменты могли брать тенор и контратенор. Исполнитель держит сложный счёт и чистые совершенные созвучия; гокет требует точности, похожей на игру.
Вместо героя — тенор с его скрытым порядком и два верхних голоса, которые спорят или перекликаются над ним; гокет — их диалог через паузы.
Лады с musica ficta — повышенными вводными тонами в каденциях; совершенные консонансы на опорах, терции и сексты как несовершенные, проходящие диссонансы. Двухдольное и трёхдольное деление, синкопы. Фактура трёх–четырёх голосов в разных темпах движения: медленный тенор, средний мотетус, быстрый триплум.
Понятно — когда слушатель к третьему повтору ловит ритм тенора и с удивлением замечает, что высоты уже другие. Захватывает — когда конструкция и поверхность живут вместе: быстрый триплум поёт свободно, гокет вспыхивает игрой, а каденция с двумя вводными тонами разрешает напряжение ярким совершенным созвучием. Проваливается, если конструкция слышна только на бумаге, если верхние голоса механически заполняют время или если каденции теряют ясность.
Isorhythmic motet: talea x color tenor, faster upper voices, hocket, double-leading-tone cadences.