повсеместно у восточных славян; общий сюжетный фонд — с европейской и шире индоевропейской сказкой устное бытование с незапамятных времён; записи и собрания — с XVIII–XIX веков русский (и его говоры); сюжеты международны Волшебная сказка не имеет автора: её рассказывают сказочники, и каждый рассказывает по-своему, сохраняя сюжет и формулы, но меняя подробности, порядок эпизодов, имена. Главное русское собрание — «Народные русские сказки» А. Н. Афанасьева (выпуски 1855–1863). Поэтику жанра описал В. Я. Пропп в «Морфологии сказки» (1928): при бесконечном разнообразии персонажей число и порядок их функций ограничены и постоянны. Позже, в «Исторических корнях волшебной сказки» (1946), Пропп возводил её композицию к обряду посвящения и представлениям о мире мёртвых — это гипотеза, а не общепринятый факт. Международные указатели сюжетов (Аарне — Томпсон, затем Утер) относят волшебные сказки к отдельному разделу.
Мир делится на свой и иной: дом, царство отца — и тридесятое царство за лесом, морем, под землёй. Беда или недостача выталкивает героя из своего мира; в ином мире действуют чудесные законы, и герой проходит их с помощью дарителя и волшебного помощника. Добро и зло отчётливы, справедливость торжествует, слабый и младший (дурак, падчерица) оказывается избранным. Чудесное не удивляет никого внутри сказки: оно — часть устройства мира.
Слушатель — ребёнок или взрослый на посиделках; он знает, что сказка — вымысел, и принимает условность, объявленную зачином. Ему важно не «что будет», а «как будет»: он знает, что младший победит, и наслаждается тем, как именно. Повторы и формулы для него — удовольствие узнавания и ритм, которому можно подпевать.
Время сказки неопределённо и отделено от времени слушателя: «жили-были», «в некотором царстве». Внутри — время пути: «долго ли, коротко ли», годы проходят в одной фразе, а испытание в три ночи рассказано подробно. Возраста почти не меняются, время не оставляет следов; после свадьбы сказка кончается, потому что время героя дальше не интересно.
цепь функций в постоянном порядке — от вредительства или недостачи через испытания к их ликвидации и свадьбе
По Проппу — тридцать одна функция (отлучка, запрет, нарушение, разведка, выдача, подвох, пособничество, вредительство или недостача, посредничество, начинающееся противодействие, отправка, первая функция дарителя, реакция героя, получение волшебного средства, перемещение, борьба, клеймение, победа, ликвидация беды, возвращение, преследование, спасение, неузнанное прибытие, необоснованные притязания, трудная задача, решение, узнавание, обличение, трансфигурация, наказание, свадьба). Не всякая сказка содержит все функции, но порядок тех, что есть, не нарушается. Испытания утроены, третье решает.
Сказочник — исполнитель, а не автор: он открывает сказку формулой, ведёт её спокойным ритмичным сказом и закрывает концовкой, иногда шутливой, с переходом к слушателям. Голос объективен и не оценивает героев иначе как через сюжет; сказочник волен в подробностях, но не в устройстве.
По Проппу — семь ролей (кругов действий): вредитель (антагонист), даритель, волшебный помощник, царевна (искомый персонаж) и её отец, отправитель, герой, ложный герой. Одно лицо может играть несколько ролей, одна роль — распределяться между несколькими лицами. Персонажи плоски и определены действием, а не внутренним миром: Иван-царевич, Иван-дурак, Баба-яга, Кощей, Морской царь, Василиса Премудрая, серый волк, Сивка-бурка.
Формульная, ритмизованная, рифмованная в зачине и концовке речь. Постоянные эпитеты и устойчивые обороты (красна девица, добрый молодец, тёмный лес, сказка сказывается, да не скоро дело делается). Троичность в языке и в событиях. Простота синтаксиса, прямая речь в формулах-заклинаниях («Избушка, избушка…»). Чудесное называется так же буднично, как обыденное.
Понятно в волшебной сказке — значит, слушатель в любой момент знает, чего не хватает и куда идёт герой; роль каждого персонажа ясна по его первому поступку. Интересно — когда знакомый ход наполнен новыми, конкретными чудесами: испытание остроумно, помощник неожидан, третье испытание действительно труднее первых. Сказка провалена, если в ней нет недостачи (некуда идти), если чудо объяснено, если порядок сломан так, что награда приходит раньше пути, или если повторы механичны и не нарастают.
A wonder tale told by Propp's functions in their fixed order; the frame keeps some and drops others, never reorders them. Mark each function as a paragraph that starts with its number in square brackets, e.g. [8] for villainy. Trials come in threes. An opening formula and a closing formula of the storyteller.